Хорошие газеты
Газета Быть добру Международная газета
"Быть добру"


Родная газета Международная газета
"Родная газета"
Подписаться на рассылку
Подпишись на рассылку "Быть добру"
Рассылка о хороших событиях,
интересных мероприятиях
и полезных объявлениях.

Рассылка группы Google "Быть добру"
Электронная почта (введите ваш e-mail):

Рассылка Subscribe.Ru "Быть добру"
Подписаться письмом











Группы








Загрузка...










Как вырастить лес. Методическое пособие

Продолжение. Начало в газете «Родовое поместье», №№4(16)-6(18) 2009 г., 1(19)-6(24), 2010 г.
 
Особенности выращивания деревьев в «многолесных» регионах
Большинство рекомендаций, которые вы найдёте в данном пособии, относятся к так называемым «малолесным» регионам – территориям, где леса мало из-за того, что большинство лесов было истреблено человеком. В таких регионах лес, как правило, не может восстановиться естественным путём, а если и может, то такое восстановление займёт несколько столетий. Здесь искусственное создание новых лесов имеет явный смысл: человек помогает природе восстановить то, что было им уничтожено и что сама природа, за короткий срок, восстановить не может.
В большинстве так называемых «многолесных» регионов, т. е. практически на всей территории таёжных лесов России, лес сам довольно быстро восстанавливается почти на любом пригодном для его роста участке земли, как только человек перестаёт этому препятствовать. Любая вырубка, заброшенное поле, сенокос или карьер зарастают молодым лесом в течение одного-двух десятилетий. Многие участки пастбищ, сенокосов и пахотных угодий, заброшенные в таёжной зоне России в начале 1990-х, после разрушения колхозов и совхозов, в наши дни уже покрылись молодой берёзовой или ольховой порослью, а кое-где и сосновой. Пройдёт полвека, и берёза с ольхой постепенно начнут замещаться естественным образом елью, а ещё через полсотни лет в хвойных лесах никто и не узнает бывшие пастбища и сенокосы.
То же самое с вырубками: на месте вырубленных хвойных таёжных лесов довольно быстро (обычно за 5–7 лет) формируется молодая поросль, правда, чаще всего тоже лиственная – берёзовая или осиновая. Как и на заброшенных сельскохозяйственных угодьях, здесь через 50–100 лет (в зависимости от местных условий и от того, сохранился ли при вырубке бывший в лесу подрост деревьев) лиственные породы сменяются хвойными и через несколько десятилетий узнать во взрослом лесе бывшую вырубку может только хороший специалист. Искусственное лесовосстановление на вырубках в таёжной зоне имеет скорее хозяйственный, чем природоохранный смысл: оно позволяет за более короткий срок восстановить запасы хозяйственно ценной древесины. К тому же сама необходимость искусственного восстановления хвойных лесов на вырубках часто связана с неправильно выбранными способами рубки.
Существует множество способов рубки, позволяющих избежать искусственного лесовосстановления и при этом сохранить леса из коренных хвойных пород, различные выборочные или постепенные рубки, при которых верхний ярус древостоя никогда не вырубается сразу и полностью, что позволяет подросту хвойных деревьев формироваться и развиваться под защитой более старых деревьев. Поэтому гораздо более разумно не рубить всё сплошь и потом стараться изо всех сил искусственно восстанавливать леса из коренных пород деревьев, а применять более щадящие для леса виды рубок. К сожалению, делать это лесоводам мешают прочно укоренившиеся привычки, и прежде всего допотопные инструкции. В общем, восстановление лесов на вырубках или создание новых лесов в таёжной зоне России чаще всего не имеет того большого природоохранного смысла, как в «малолесных» регионах, где и природа, и человек серьёзно страдают от недостатка леса. Восстановление хозяйственно ценных лесов на вырубках имеет прежде всего хозяйственный, а не природоохранный смысл, и связано с современной коммерческой деятельностью (заготовкой древесины). В этом случае надо стремиться к тому, чтобы предприятия, ведущие коммерческую заготовку древесины, были обязаны сами восстанавливать хозяйственно ценный лес после своих рубок, тем более что на таких гигантских площадях, которые ежегодно вырубаются сплошь в таёжных лесах России (а это примерно 10.000 кв. км), силами общественности вряд ли можно добиться хозяйственно значимого результата.
 
Тем не менее, и в таёжной зоне есть смысл заниматься посадкой и выращиванием лесных деревьев. С точки зрения охраны природы это имеет наибольший смысл в двух случаях.
1. Восстановление леса на особенно важных в природоохранном или социальном отношении участках территории, где лес сам по той или иной причине не может восстановиться быстро. Это могут быть, например, берега рек или водные источники, родники среди крупных массивов сельскохозяйственных угодий (здесь лес не может сам восстановиться быстро потому, что ближайший существующий лес – источник семян деревьев – находится слишком далеко). Это могут быть окраины или улицы деревень и посёлков – нередко они даже в «многолесных» регионах бывают совершенно лишёнными деревьев просто потому, что никому в голову не приходило заняться их озеленением. Наконец, это могут быть совершенно деградировавшие в результате хозяйственной деятельности земли (карьеры, терриконы), где лес восстанавливается плохо из-за чрезмерно нарушенной почвы.
Восстановление лесов на таких участках в многолесных регионах мало отличается от восстановления лесов в «малолесных» регионах. Естественно, сроки посадки леса весной будут в северных регионах сдвинуты на более позднее время, срок выращивания саженцев в питомнике увеличится из-за менее благоприятного климата, скорость роста посаженного леса также будет заметно меньше. Но эти отличия не принципиальны, и большинство рекомендаций, подходящих для «малолесных» регионов, подойдёт и здесь.
 
2. Восстановление пород деревьев, исчезающих или практически исчезнувших в лесах вашего региона или района вследствие хозяйственной деятельности человека. Таких немало, особенно в регионах с длительной историей хозяйственного освоения природных лесов. Например, в большинстве регионов Севера Европейской России за последние несколько столетий сильно сократилось количество лиственницы Сукачева – в первую очередь из-за того, что эта древесная порода специально выборочно заготавливалась для строительства различных специальных объектов (древесина лиственницы медленнее всего гниёт в воде, и поэтому она издревле пользовалась особым спросом во многих европейских странах). Во многих регионах того же Европейского Севера сильно сократилось количество пихты и сибирского кедра – эти два дерева находятся здесь на самой западной границе своего распространения и потому наиболее чувствительны к различным природным и хозяйственным воздействиям. Рубки и пожары в таёжных лесах Европейской России привели к заметному сокращению там количества дуба и других широколиственных пород, находящихся там на северной границе своего распространения и потому очень чувствительных к изменению условий жизни. Варварские заготовки корейского кедра на юге Дальнего Востока также привели к заметному сокращению количества кедровых лесов, а от этого дерева зависит жизнь не только многих таёжных животных, но и людей, традиционно занимающихся заготовкой кедровых орехов. Список примеров можно продолжить. Большинство примеров относится к таёжным лесам или Европейской России, или юга Дальнего Востока.
 
Восстановление таких пород деревьев имеет особенный смысл в тех категориях лесов, которые сейчас исключены из промышленных рубок – например, в зелёных зонах городов и поселков или в водоохранных зонах рек. Нередко такие леса оказываются в историческом плане наиболее нарушенными хозяйственной деятельностью человека. Это вполне объяснимо: раньше, когда лес практически никем не воспринимался как особая природная ценность, древесину старались заготавливать поближе к жилью и дорогам (чтобы меньше возить) или к рекам (по которым её и сплавляли к местам потребления). Поэтому многие особо чувствительные и редкие древесные породы прежде всего и исчезали в самых населённых частях территории. И именно там наиболее целесообразно подумать об их восстановлении.
Посадка таких пород деревьев может производиться как на открытом месте, с целью создания новых участков леса из этих пород, так и под пологом уже существующего леса – на всевозможных более или менее открытых участках (например, на местах вывалившихся недавно крупных старых деревьев).
В таёжных лесах Европейской России наибольшее значение может иметь восстановление лиственницы (юго-восток Карелии, Архангельская, Вологодская, Кировская области, юг Республики Коми); кедра сибирского (восток Архангельской области, Республика Коми, Пермская область); дуба, клёна, вяза, липы – во всех тех регионах, где эти породы деревьев естественным образом встречаются и могут расти по климатическим и почвенным условиям; пихты (Архангельская, Вологодская, Кировская области, особенно в тех районах, где эта порода дерева естественным образом встречается, но сейчас крайне редка). Восстановление сибирского кедра уже имеет смысл и во многих регионах юга Сибири.
В таёжных лесах юга Дальнего Востока наибольшее значение может иметь восстановление корейского кедра и маньчжурского ореха. Саженцы последнего исключительно легко выращивать в небольшом лесном питомнике: крупные, пригодные для посадки на постоянное место саженцы получаются уже за один год и при выращивании требуют значительно меньше ухода, чем сеянцы большинства других пород деревьев. Трудно подобрать более благодатное дерево для выращивания его на пришкольных или приусадебных участках. Здесь же в некоторых районах следует подумать о восстановлении многих диких лиан, важных для южных дальневосточных лесов и живущих здесь людей – лимонника, актинидии; их выращивание будет не менее важным, чем выращивание редких местных пород деревьев.
 
Продолжение в следующем номере.
 
А.Ю. Ярошенко.
 
http://planting.forest.ru/guru/kak_vyrastit_les/index.html

--- Подпишись на рассылку "Быть добру"... --- --- Информационная политика газеты... ---

--- Приобрести экотовары "Быть добру"... ---

Поделиться в соц. сетях

Нравится





Загрузка...